Есть люди, истории которых вдохновляют и заставляют задуматься, как и история героини этого интервью.
Нина Конон окончила Белорусский государственный медицинский университет и связала свою жизнь с профессией, которая как путеводная звезда ведет в жизни не только ее, но и тех людей, которым нужна помощь и поддержка.
Знакомьтесь, Нина Конон, г. Минск, высшее медицинское образование, более 10 лет практики:
- клинический медицинский психолог;
- кризисный и онкопсихолог;
- специалист по психосоматике;
- энерготерапевт;
- врач-нутрициолог.
Нина Конон – мама пятерых детей, трое их которых – удочеренные прекрасные девчонки, которые когда-то были серьезно больными детьми из детского дома. Нина прожила свой личный опыт, который и привел ее в эту специальность. Одиннадцать лет назад у ее внучки была диагностирована онкология. Тогда, имея медицинское образование, Нина решила бросить вызов болезни. Даже имея связи в медицине, она осознала, что этого мало. Пришлось закончить кафедру нутрициологии в РУДН, перевела множество трудов онкологов-реабилитологов, чтобы понять, как работает химиотерапия, и чем помочь маленькому человечку, чтобы пройти этот путь с минимальными потерями.
«Не могу сказать, что я мечтала стать медиком. По окончании университета начался поиск себя, но специализации всегда были параллельны медицинским. В психологию стала погружаться, когда появился в семье первая удочеренная дочь. Пришло осознание, что так как со своими не получится, нужно научиться по-другому».
Нина, здравствуйте! Очень приятно познакомиться с Вами и познакомить наших читателей с Вашей личной историей становления и успеха. Как сложился Ваш путь после окончания университета?
От медицины я никогда не отходила и работала в разных специализациях, много училась, обогащала свои знания в разных направлениях, даже кафедру трихологии окончила, работала какое-то время в этом направлении. Участвовала даже в пересадке луковичных систем, поэтому, когда начала работать с онко, мне было понятно, почему волосы не растут после химиотерапии, и как можно восстановить волосы. Давала конструктивные советы людям из того опыта, который у меня был.
В чем заключается роль онкопсихолога, и какими знаниями нужно обладать, чтобы быть не просто психологом, а именно работать с людьми, которые оказались в тяжелой жизненной ситуации?
Окопсихолог – это специалист, который напрямую сотрудничает с традиционной медициной. Такой специалист сопровождает онкопациента от самого начала пути, когда объявлен диагноз, и человек дезориентирован, потому что не знает, как дальше, ну и в крайне тяжелых случаях сопровождает человека на последних этапах его пути. Также это работа с родными и близкими пациента, которым тоже тяжело, они не понимают своей роли в этом процессе. Этот путь не из легких, жизнь меня отвела однажды от хирургического стола, но пришла я к еще более сложной деятельности – к людям, которые находятся на грани между жизнью и смертью, болью и непониманием, горечью и смирением, борьбой и радостью восстановления.
Если брать тему обучения, которое должен пройти онкопсихолог, то в первую очередь должна быть медицинская база. Во-вторых, качественная обучающая переподготовка, я ее проходила в медицинской академии Боткина, ну и не одно-два обучения, а постоянное повышение знаний в этой специализации, так как наука не стоит на месте, нужно постоянно двигаться и изучать все то новое, что появляется в области онкологии. Очень важно объяснить и успокоить пациента, снять тревожность во всех вопросах, которые его могут интересовать, чтобы его не пугала информация, которую он может черпать из интернета, загоняя себя в угол, из которого потом будет сложно выбраться.
Сейчас много обучающих программ по этому направлению, поэтому, если человек хочет и готов, он найдет путь к реализации.
Я сотрудничаю с ведущими онкопсихологами России, к сожалению, не Беларуси, хотелось бы, конечно, чтобы какая-то школа по онкопсихологии была в Беларуси. Пока эта тема на грани планирования.
Очень хочется, конечно, чтобы онкопсихология развивалась. Человеку с таким непростым диагнозом очень нужно, чтобы ему помогали и сопровождали. Почему? Потому что сейчас идет профессиональное истощение и выгорание врачей, очень много онкодиагнозов. У врачей физически не хватает возможности профессионально донести информацию, которая необходима для онкопациентов.
И я могу сказать, что эти определенные этапы проходят не только онкопациенты, но и родственники, которые окружают их, и это нужно понимать, чтобы не свалиться в яму безвылазной депрессии. Я это знаю на своем опыте, потому что когда заболела лейкозом моя внучка, я тоже проходила все эти этапы.
«Я говорила сама себе: Боже, почему я как я врач не заметила болезни внучки?» Потом я торговалась: «Почему не я заболела, как можно такому маленькому десятимесячному ребенку заболеть, за что?»
Нина, Вам пришлось пережить страшный опыт, и все это помогает Вам лучше понимать состояние человека. Вы также работаете с теми, у кого суицидальные наклонности, чем они обусловлены?
С этими наклонностями я столкнулась и работая с онкопациентами. Очень высокий процент людей, которым озвучили онкодиагноз, и у них появляются мысли, что лучше тогда вообще не жить. Люди не осознают, что с этим заболеванием можно жить долго, счастливо, но немного по-другому. Это не путь в никуда. Это как нулевая точка отсчета, которая просто делит жизнь на до и после. И нужно просто понять и осознать, что после – это еще не страшное слово «смерть».
Я очень глубоко изучала кризисную психологию, в том числе и много видов подхода к таким пациентам. И это на самом деле очень интересный опыт, хотя и тяжелый. Мне иногда задают вопрос: «Как ты справляешься?» Ну, наверное, у каждого из нас есть свой путь, мы не просто так проходим какие-то жизненные этапы.
Что самое главное нужно знать пациенту, который понимает, что впереди долгий путь принятия, изменения себя и собственной жизни?
Очень много я вижу вторичных выгод у пациентов: это когда им хорошо, что их опекают; что они наконец-то получают какую-то заботу, опору, которой у них не было раньше. И вот здесь родным и близким людям, конечно же, очень тяжело. Но многие онкобольные пользуются положением.
А вообще я могу сказать, что онкопациент – это особая лига людей, это самые лучшие люди в мире. Они всегда для всех, забывая про себя.
И для кого-то онкология – это точка умирания, а для кого-то это начало новой жизни, где можно научиться жить по-другому, научиться жить для себя. Я вижу очень много онкопациентов, которые сделали это, заметили себя, увидели что делали неправильно, а чего и не делали вообще, они разворачивают свою жизнь на 180 градусов. И они живут с четвертой стадией, иногда врачи дают им срок жить два-три месяца, а они живут и пять, и шесть лет. Потому что у них есть смысл это делать!
«Что самое главное нужно знать пациенту? То, что он уже на этом пути, и что он идет по этому пути. Научиться нужно жить в этом моменте и именно с этим заболеванием».
Нина Конон: «Удивительные вещи наблюдала, пока болела моя внучка. За три с половиной года химиотерапии, которая была у нее, я поняла, что процент выхода в ремиссию у детей намного выше, чем у взрослых. И этот феномен связан с тем, что они не умирают, у них просто нет знания того, что они могут умереть. Вот им прокапали химию, и даже если у них есть рвотный рефлекс, они прожили в своем моменте, в этом, где им плохо, где им некомфортно. И после этого они просто идут играть в игровую комнату. Они просто живут. И вот если бы взрослые люди научились принимать заболевание как данность и жить вот здесь, в моменте, не задумываясь о том, сколько им осталось, процент выхода в ремиссию был бы намного выше.
Могу сказать, что все онкопациенты разделяются на две категории. Одни действительно принимают диагноз и просто живут, не зная сколько им осталось, радуются жизни и делают то, что раньше не делали.
И вторая категория людей, которые начинают бороться, и борются они со смертью. К сожалению, вот на этом пути никто не выживает. Борьба со смертью – это путь в один конец.
Почему, на Ваш взгляд, болеют люди, которые ведут очень здоровый образ жизни?
Я бы сказала, что это люди, которые заблудились в перипетиях даже здорового образа жизни. У них много страхов, которые они прикрывают здоровым образом жизни, и основной из них – это страх жить, потому что «как раньше меня не устраивает, а как по-другому, я или не знаю, или не умею».
Опираясь на свой опыт, что бы Вы сказали всем, кто читает эту публикацию?
Жить в моменте здесь и сейчас, никого не винить, не зацикливаться на каких-то своих обидах, амбициях и всем остальном. Это не говорит о том, что мы должны отбросить происходящее и быть амебой, плывущей по течению, нет. Это про то, чтобы мы мечтали, про то, чтобы мы двигались к своим целям, но при этом полагались бы на Всевышнего и осознавали, что наша жизнь может закончиться в любой момент просто потому, что пришло время.
Если бы мы умели здесь и сейчас радоваться жизни искренне, по-настоящему от всей души и от всего сердца любить, быть любимыми, представляете, сколько счастья было бы вокруг.
С чем Вы сталкиваетесь в своей работе?
Очень часто я сталкиваюсь с тем, что люди, которые заболевают, просто не чувствуют себя. Не чувствуют жизнь, не чувствуют радости, таят злость, агрессию, обиды какие-то внутри себя, и чаще всего это не направлено на других, это направлено внутрь себя. А им просто нельзя этого делать по отношению к другим, ведь диагноз прорывает эмоциональные сферы и сметает какие-то барьеры для того, чтобы человек научился чувствовать именно себя.
И страшно, когда я вижу, что человек жизнь свою чувствует только через боль, и тогда боль – это как избавление. Могу больше сказать, онкодиагноз – это диагноз, который наполнен очень большим количеством внушений. За свои девять лет работы с онкопациентами я могу сказать, что очень многие не испытывают боли и иногда уходят очень тихо, мирно и спокойно, потому что грамотная поддержка и сопровождение в этом диагнозе может играть ключевую роль.
Какие проблемы Вы решали бы в первую очередь?
К сожалению, мало информации, которая снижала бы градус трагичности с этого заболевания, но есть много страшилок и внушений, которых и боится пациент, когда сталкивается с диагнозом. Поэтому в первую очередь нужно решать эту задачу.
Что пожелаете, Нина, нашим читателям?
Я хочу пожелать всем читателям жить полноценной жизнью, жить здесь и сейчас, не завтра, не потом! Наслаждаться каждой секундой, каждому моменту радоваться! Это может быть просто ужин, дождик, снег, первый цветок. Радуйтесь всему, что происходит ежедневно в жизни просто так, просто потому, что вы живете!
Нина, спасибо за душевное интервью, за Вашу доброту и за то, что помогаете людям. Вам здоровья, душевных сил и больше позитивных людей вокруг.
А у кого появились вопросы, могут задать их Нине Конон.
Telegram: nina_konon
ВКонтакте: vk.com/id40504446
Instagram (запрещен на территории РФ): kononnina_psy*
