Наталья Белоусова

На момент интервью Наталья Белоусова была в психологии с 2005 года, а практиковать начала только с 2014-го: почти десять лет она училась и накапливала знания, но идти в практическую психологию было страшно — казалось, что их ещё недостаточно. Переломом стало рождение младшего сына: тогда, по её словам, внутри словно что-то перещёлкнуло, и решение стало окончательным — либо сейчас, либо никогда.

К тому времени она работала и с обычными клиентами, и с психологами, приходившими за супервизией, поддержкой и наставничеством, а также периодически проводила системные семейные расстановки в индивидуальной и групповой работе. Чаще всего к ней обращались с вопросами отношений, семейных сценариев, родовых программ, психосоматики и самооценки, после развода и потери близких. Локдаун, замечала она, обострил те проблемы, которые у людей уже существовали.

Одна из тем разговора — язык общения: как правило, замечала Наталья, общаясь друг с другом, мы говорим «ТЫ не так сделал», «ТЫ плохо поступил», «ТЫ не такой» вместо того, чтобы доносить до партнёра Я-сообщения. Вторая тема — незакрытые гештальты: если человека травили в школе и он не смог этому противостоять, во взрослой жизни он будет попадать в похожие ситуации, например сталкиваться с моббингом на работе. Отсюда и разговор о том, каким опытом и качествами должен обладать психотерапевт, чтобы человеку захотелось ему довериться.