Никита Дыбо

С производством он связан с детства: в двенадцать лет смотрел на Discovery сериал о том, как на заводах делают вещи, в пятнадцать устроился шлифовать и полировать трубы. На четвёртом курсе оформил свободное посещение — исключение, которое ему одобрили за отличную успеваемость, — и пошёл работать на конвейер.

После университета он на конвейере и остался, но роста там не видел: текучесть кадров была низкой, а красный диплом и неплохой английский просили другого применения. Его позвали инженером по качеству на небольшой завод крупной международной корпорации, а после собеседований поставили выше — специалистом по развитию производственных систем. Он учился в Румынии и Турции, затем перешёл на завод Mercedes-Benz, открывшийся в 2018 году в Подмосковье, и получил там повышение по итогам ассессмента.

Потом захотел работать на себя: идею с маркетплейсом отбросил быстро и занялся консалтингом, поскольку хотел давать реальный результат и улучшать действующие производства в России.

Работа с компанией у него начиналась с физического аудита: разговор с собственником и три дня наблюдения за процессами, а по итогам — план развития предприятия на три-четыре месяца. Главный вопрос собственнику: вчера производство отработало хорошо или плохо. Если ответа в цифрах нет, предприятие живёт в серой зоне. Ключевых метрик, по его словам, у любого производства три-четыре: качество и число рекламаций, эффективность сотрудников, скорость поставки и безопасность.

Новое внедрял осторожно и предпочитал проверенные инструменты: электронные таблицы и телеграм-боты с QR-кодами давали результат через месяц там, где сложная IT-система заняла бы полгода. Счастьем называл момент, когда компания спустя три месяца выпускает вдвое больше продукции и вдвое меньше получает замечаний по качеству.