Александра Бурмистрова

Растили её бабушка с дедушкой, и воспитание она называла правильным советским: дедушка учил, что если взял — надо отдать, а несправедливость надо исправлять. Из-за этого в школе она постоянно вступалась за одноклассников перед учителями и получала за это плохие оценки. Детская мечта была юридической — защищать права людей.

Первое дело появилось, когда ей был двадцать один год, а дочери — год: она работала на городском рынке, сдала всё своё золото, добавила накоплений и на сумму около 100 000 рублей открыла торговую точку. Продавать получалось хорошо, но работа была сезонной — уличный рынок зимой не работал. Тогда она прошла курсы по наращиванию ресниц и начала практиковать, сперва на процентах и в арендованном кабинете.

Через полтора года открылась собственная студия. Помощи не было ни от кого: она заранее расписала, сколько нужно денег и какие шаги предстоит сделать, — позже узнала, что это называется декомпозицией. Ей было двадцать три года, и к моменту интервью 2023 года студия, по её словам, продолжала работать и была одной из самых заметных в городе. Первую анатомическую кушетку туда подарил дедушка.

Масштабироваться в соседние города она не стала: достигнутая цель переставала быть интересной. Бабушки не стало, когда ей было восемнадцать, дедушки — когда двадцать пять; после этой потери она уходила в работу и зарабатывала на ресницах от 200 000 до 250 000 рублей в месяц, но восприняла это как потолок. Друг позвал её в Санкт-Петербург, и через три месяца после первой поездки она туда переехала, решив заниматься онлайн-обучением. Первое время онлайн приносил 20 000 — 40 000 рублей, и она периодически возвращалась в студию подзаработать.

К 2023 году она жила с дочерью на Бали, проходила обучение на коуча в Эриксоновском институте и вела учениц до результата.