Полина Быстрова
психотерапевт с двадцатилетним опытом
01 публикация в журнале bomond
Психотерапевт с двадцатилетним стажем. Работает из позиции, где ответ на вопрос «что мне делать» есть у самого клиента, а специалист лишь подсвечивает невидимое. Готовит просветительский проект на YouTube о том, чем психотерапия является на самом деле, и об этике профессии.
О персоне
Полина Быстрова — психотерапевт, в профессии двадцать лет. Её позиция расходится с привычным ожиданием от специалиста: психотерапевт не знает, как клиенту лучше прожить жизнь, — лучше самого клиента этого не знает никто.
Направление в работе выбирает клиент, а Полина, по её словам, находится рядом и подсвечивает то, чего он не видит. Ответ на вопрос «что мне делать» обычно у человека уже есть — просто произнести его бывает сложно, страшно или стыдно.
Пожизненного клиента она считает не успехом, а провалом: это означало бы, что человек так и не научился опираться на себя. Задача другая — создать пространство, где клиент пробует встречаться с реальностью и видит, что выбор в ней делает он сам. Отсюда её ключевое понятие — авторство: автор своих действий сам решает, как обходиться с обстоятельствами.
К профессии Полину привели семья и удача с учителями. Дома все профессионально занимались музыкой, но отец, помимо этого, окончил философский факультет и преподавал — эта траектория казалась ей привлекательной. А любовь к делу, говорит она, пошла от общения с двумя харизматичными профессионалами, к которым ей повезло попасть.
Отдельно она объясняет, зачем в кризисе нужен другой человек. Решая проблему в одиночку, ты опираешься на тот самый опыт, с которым в неё и попал, а слепые пятна заметить трудно. Кризис для неё двойственен: крах прошлого — и одновременно возможности, над которыми старые правила не властны. Показательно, что и у психологов есть свои помогающие практики: собственный инструментарий всегда ограничен.
Полина готовит проект на YouTube — для тех, кто с психотерапией не знаком и хочет составить о ней представление, не искажённое рекламой. Там же она намерена говорить об этике: официального этического кодекса в России нет, тогда как в Европе и Америке он существует. Сами этические обязательства она считает частью профессионализма — они исключают осуждение и дискриминацию и гарантируют уважение и конфиденциальность.


