Мир изменился до неузнаваемости, но подход к обучению во многом остался таким же, как двести лет назад. Почему старая система отбивает желание учиться? Как превратить образование из обязанности в осознанный и увлекательный выбор? Об этом — в откровенном интервью с Анастасией Перельман, основательницей языковой школы Anecole, которая прошла путь от страха перед оценками до создания собственной образовательной экосистемы.
Анастасия, если бы Вам нужно было дать одно определение образования будущего — не из словаря, а из личного опыта, — каким бы оно было?
Если бы я выбирала одно слово для характеристики образования будущего, то это был бы смысл. Или, если быть точнее, ответ на вопрос: «Зачем я делаю это прямо сейчас?». Мир живет в режиме постоянного ускорения. Быстрый дофамин, социальные сети, новости, фильмы, открытия — все конкурирует за наше внимание. Мы живем в постоянном информационном шуме, где каждую минуту что-то требует реакции, эмоции и вовлеченности.
В этом контексте момент, когда человек решает учиться, инвестировать час своего времени в образование, выглядит совсем иначе, чем десять или даже пять лет назад. Этот час уже не просто «время на себя» — он напрямую конкурирует с десятками альтернатив: от развлечений до прокрастинации, от усталости до желания отложить все на потом. Поэтому сегодня ключевой вопрос — не «Зачем мне это в целом?», а более конкретное: «Зачем я делаю это именно сейчас?». В этот день, в этот период жизни, в этой точке внутреннего состояния.
Мотивация по своей природе нестабильна. Сначала она растет, затем почти неизбежно снижается, и только потом выходит на плато. И если в момент этого спада у человека нет ясного личного смысла, обучение начинает проигрывать другим источникам удовольствия и отвлечения — более быстрым и менее требовательным. В этом смысле образование будущего — это не про давление, не про дисциплину любой ценой и не про «надо». Это про осознанный выбор, внутреннюю устойчивость и умение удерживать внимание на том, что действительно важно для тебя самого.
.jpg)
Как оставаться источником вдохновения для большой команды и при этом сохранять фокус на глобальных целях?
У нас в компании выстроена горизонтальная культура. Каждый человек может прийти к другому — без сложной иерархии и закрытых уровней. В такой системе люди очень тонко чувствуют настроение, внимание и степень вовлеченности друг друга. Вдохновение в такой системе работает как вирус — оно передается естественно. Если внутри команды есть живой интерес, энергия и ощущение смысла, это не нужно специально транслировать или усиливать административными инструментами.
Тяга к знаниям, желание менять образование, делать его интереснее, человечнее и доступнее — это базовая ценность, ради которой люди к нам приходят. И именно поэтому у нас нет необходимости навязывать ценности сверху или требовать, чтобы их «несли дальше». Они уже разделяются. Культуру невозможно внедрить приказом. Она всегда формируется изнутри — через действия, решения и поведение лидеров. При этом я не считаю себя единственным лидером команды. У нас много сильных людей, которые вдохновляют друг друга, берут ответственность и формируют среду.
Мы, безусловно, думаем про выручку, KPI и цифры — это часть бизнеса. Но не только про них. В центре нашего внимания всегда остаются люди. Человекоориентированный подход делает взаимодействие честным, живым и по-настоящему устойчивым. И именно это позволяет сохранять фокус на больших целях.
Вы пишете книгу «Почему люди не любят учиться?» Какой самый неожиданный ответ Вы нашли в процессе работы?
Самый честный ответ — дело не в людях. Дело в системе. Современное образование во многом до сих пор опирается на модель, заложенную еще во времена Яна Амоса Коменского. Школа создавалась под нужды государства, индустриального общества, заводов — но не под конкретного человека и его внутренние процессы. За двести лет мир изменился. Изменились ритм жизни, профессии, способы коммуникации, доступ к информации. А подход к обучению — почти нет. Мы по-прежнему видим звонки, жесткий контроль, постоянное сравнение и страх ошибок. Эта система формировала социально удобное поколение, но почти не учитывала психологию личности.
Многие из нас выросли в среде, где было страшно ошибаться, страшно выделиться, страшно быть успешным. Я хорошо это помню по собственному опыту. Я боялась оценок, замечаний, осуждения. В какой-то момент я начала бояться даже собственных достижений — потому что быть заметным казалось небезопасным. Сегодня мне понятно, почему, став взрослыми, люди больше не хотят учиться. Не потому что им неинтересно развитие, а потому что внутри остается ощущение, что обучение — это боль, напряжение и риск.
Моя задача — показать, что может быть иначе. Что обучение способно вызывать интерес, азарт и желание продолжать. И когда ты проживаешь этот опыт сам, становится очевидно: мы действительно движемся в правильном направлении.
.jpg)
Школа Anecole за короткое время прошла путь от стартапа к системной компании. Какой порог роста был самым сложным?
Мы осознанно несколько лет не шли в масштабирование. Это было принципиальное решение. Мы инвестировали не в рост, а в продукт. Для меня было важно сначала создать программы, которые действительно работают и дают результат. Прежде чем масштабировать бизнес, нужно быть уверенным, что ты масштабируешь качество, а не просто процессы и обороты. С управленческой точки зрения это выглядело как тормоз — и им действительно было. Но тормоз осознанный. И именно он сегодня дает нам конкурентное преимущество: у нас есть продукт, за который не нужно оправдываться и который выдерживает рост.
Второй сложный порог — разрешить себе привлекать людей сильнее себя. Признать, что есть зоны и компетенции, которые важно не пытаться тянуть на себе или закрывать личными амбициями, а осознанно усиливать командой. Это всегда непростой момент для основателя. Практически каждый наш этап роста совпадал с тем моментом, когда рядом оказывались люди, способные этот рост выдержать — профессионально, эмоционально, управленчески. И каждый раз это становилось точкой перехода на следующий уровень.
Что принципиально отличает Вашу образовательную платформу от других решений на рынке?
Мы много инвестируем в платформу, LMS, автоматизацию, используем искусственный интеллект и геймификацию, постоянно совершенствуем технологическую часть продукта. Для нас это важная зона развития и конкурентного преимущества. При этом мы хорошо понимаем, зачем развиваем платформу. Образование всегда происходит между людьми — между учеником и учителем. Наша задача — упростить эту передачу знаний, сделать ее понятной и комфортной, а не заменить живое взаимодействие интерфейсами.
Мы не строим продукт ради самой технологии. Напротив, мы используем ее как инструмент, который поддерживает человека в процессе обучения: помогает выстраивать удобную логику занятий, видеть реальный прогресс, чувствовать движение вперед. Поэтому для нас также важны отношения, качество сервиса и эмоциональное состояние ученика.
Программы выстроены так, чтобы обучение было интересным, понятным и персональным. Важно, чтобы человек регулярно ощущал прогресс — не формальный, а проживаемый. Через дофамин, эндорфины, радость от процесса и чувство «у меня получается», а не через давление и страх не справиться.
.jpg)
Вы много говорите о безопасной среде для обучения и развития. В какой момент ошибки перестали быть для Вас источником стресса?
Практически всегда. Я так долго боялась ошибок, что в какой-то момент просто разрешила себе ошибаться — и поняла, что бояться, по сути, бессмысленно. Энергия, которую мы тратим на избегание ошибок, куда менее эффективна, чем энергия, вложенная в анализ уже совершенных. Это осознание многое меняет — и в обучении, и в управлении, и в жизни в целом. Во многом это пришло из языкового бэкграунда. В изучении языков ошибка — это норма. Без ошибок язык невозможно выучить. Но именно страх ошибки часто сковывает рост. Когда мы принимаем ее как часть пути, появляется движение, практика и развитие.
В конце прошлого года Вы запустили два новых языковых направления — турецкий и арабский. Почему именно они?
Мы дошли до точки зрелости в текущих языках и поняли, что готовы к новым направлениям. Для нас всегда было важно быть не «школой одного языка», а языковой экосистемой. Мы видим рынок, международные взаимодействия и устойчиво растущий интерес к турецкому и арабскому языкам — как со стороны бизнеса, так и со стороны частных учеников. Но решающим фактором стало другое.
В нужный момент сошлись люди, экспертиза и внутренний запрос команды. А когда у тебя есть методология, сильная команда и накопленный опыт, не двигаться дальше становится просто невозможно.
Мы продолжаем эту логику развития и (скоро) запускаем корейский и японский языки. В результате в 2026 году в Anecole будет представлено 11 языков. Мы выстраиваем крупнейшую в России мультиязычную школу со своей образовательной платформой и собственной методикой обучения.
На нашей платформе прошло более одного миллиона уроков. Этот масштаб практики — лучшее подтверждение того, что методика работает и выдерживает рост, разнообразие языков и разные цели учеников.
.jpg)
Что, на Ваш взгляд, является главным ограничением (тормозом) для развития современного образования?
Стандарты. Мы по-прежнему пытаемся учить очень разных людей по одной и той же модели. Но люди разные. Дети разные. Взрослые разные — по темпу, мотивации, опыту, способу восприятия информации. Универсальный стандарт может быть удобен системе, но он почти никогда не раскрывает личность и не развивает способности человека. В лучшем случае он усредняет результат, в худшем — отбивает интерес к обучению.
Будущее образования — за персонализацией. За отказом от идеи, что всем нужно одно и то же, в одно и то же время и одинаковым способом. За возвращением человека в центр образовательного процесса — с его контекстом, запросами и реальной жизнью. Образование должно быть интересным, живым и осмысленным. Только в этом случае оно перестает быть формальностью и начинает действительно работать.
Сайт: anecole.com, anecole.com/turkish, anecole.com/arabic
Telegram: anecole_languages
Реклама: ООО «АНЭКОЛЬ»
Erid: CQH36pWzJqEJ6FbtR3zj9yXmwtDHYH7zKpjzGvA4B6nBAY
