Кристина Ефимова:

Почему люди годами работают с собой и не видят результата? Психолог Кристина Ефимова объясняет, как ошибки на старте, отсутствие диагностики и непонимание собственной структуры мешают изменениям и с чего на самом деле стоит начинать.

Кристина, расскажите о своем подходе: с какими запросами Вы чаще всего работаете и в чем его специфика?

Моя практика изначально разделена на два направления — и это во многом определяет сам подход.

С одной стороны, ко мне приходят люди с тревожными состояниями, паническими реакциями, эмоциональным спадом. Но если убрать язык диагнозов, это, как правило, люди, у которых система уже перегружена — они истощены, живут в постоянном напряжении и просто не справляются.

С другой стороны, есть формат личных консультаций. И там чаще появляются люди без ярко выраженного симптома, но с ощущением, что «что-то идет не так». Это предприниматели, люди с высоким темпом жизни, те, кто привык быстро думать, принимать решения и не останавливаться.

И вот в этом ритме у них часто нет паузы, чтобы задать себе базовые вопросы: чего я хочу? туда ли я иду? за счет чего я вообще держусь?

Поэтому я не начинаю с обсуждения проблемы. Я начинаю с диагностики — того, как человек устроен. Как он принимает решения, какие стратегии использует, как защищается.

Потому что очень часто дело не в симптоме, а в системе, через которую человек живет.

И дальше работа строится не вокруг «исправить что-то», а вокруг понимания: своих ценностей, внутренней логики, способов выбора. Когда человек это видит, изменения становятся не точечными, а устойчивыми.

Кристина Ефимова. Фото из личного архива.

Почему, на Ваш взгляд, такая работа не всегда дает результат с первого раза?

Чаще всего — потому что на старте не совпали ключевые условия.

• Первое — это подход. Разные методы работают по разным принципам. То, что подходит одному человеку, может не подойти другому.

• Второе — это специалист. Здесь важен не только профессионализм, но и контакт. Если нет ощущения «меня здесь понимают», работа не складывается — и это фундаментальный момент.

• Третье — диагностика. Иногда состояние требует более комплексного подхода, и если это не учтено, процесс может казаться неэффективным, хотя вопрос в стратегии.

Плюс — ожидания. Многие приходят с идеей быстрого результата, но работа с собой — это не «починить за несколько встреч». Это процесс, в котором меняется мышление, реакции, отношение к себе.

И еще один важный момент — готовность самого человека. Можно формально хотеть изменений, но избегать более глубокого контакта с собой. Тогда даже при хорошей работе движения не будет.

Поэтому проблема чаще не в том, что работа «не работает», а в том, что изначально не совпали метод, специалист, уровень диагностики и внутренняя готовность.

Можно ли сказать, что люди часто приходят не с тем запросом? В чем главная ошибка на старте?

Да, и это практически норма. Человек почти всегда приходит с тем, что лежит на поверхности: тревога, выгорание, проблемы в отношениях. Но это уже следствие.

А причина — глубже: в способе мышления, устойчивых сценариях, внутренних конфликтах или даже в том, от чего человек пытается уйти.

И главная ошибка — сразу пытаться «решать проблему», не разобравшись, в чем она на самом деле.

Иногда запрос формулируется так, чтобы не сталкиваться с собой. Например, хочется изменить ситуацию или других людей, но не свою роль в происходящем. Поэтому на старте важно не спешить.

Я, например, использую несколько установочных сессий, где мы не ищем быстрых решений, а смотрим: как человек мыслит, как формулирует желания, где избегает, есть ли у него контакт с тем, что он говорит.

Потому что бывает так, что человек приходит с запросом, который даже не является его собственным.

И только когда появляется ясность, работа действительно начинает двигаться. До этого момента она просто не попадает в цель.

Кристина Ефимова. Фото из личного архива.

Почему без понимания структуры личности и защитных механизмов человек может годами не видеть результата?

Потому что в этом случае работа часто идет не с системой, а только с ее проявлениями.

Можно долго обсуждать тревогу, отношения, повторяющиеся ситуации, но если не понимать, как устроен сам человек, процесс начинает двигаться по кругу.

Здесь важно учитывать, что речь идет не только о клиенте, но и о специалисте. Если на старте нет точной диагностики, можно долго работать с человеком, не видя устойчивого результата, — просто потому, что не понимаешь, за счет чего эта система вообще держится.

Речь о базовых вещах:

• как человек защищается;

• как он искажает реальность;

• чего избегает;

• и за счет чего сохраняет внутренний баланс — даже если этот баланс уже разрушает его жизнь.

Именно защитные механизмы часто создают иллюзию движения. Снаружи кажется, что работа идет, а внутри воспроизводится один и тот же сценарий.

Поэтому для меня принципиально важно не только слушать, но и анализировать. Видеть не только то, что человек говорит, но и то, как он устроен.

Когда появляется понимание структуры личности, работа становится точной. Без этого можно очень долго ходить вокруг проблемы — и так и не дойти до уровня, где возможны реальные изменения.

Вы разработали систему «Психо-Навигатор». В чем ее ключевая идея и отличие от классических подходов?

«Психо-Навигатор» — это не попытка создать новую систему. Это скорее ответ на практический вопрос: как увидеть человека целиком до начала работы.

За годы практики я заметила повторяющуюся ситуацию: люди начинают процесс, но при этом не до конца понимают, как они устроены и куда вообще движутся.

Поэтому «Психо-Навигатор» — это диагностическая система, которая предшествует дальнейшей работе.

Она строится из нескольких этапов:

• сначала структурированные шкалы;

• затем углубленное интервью;

• и уже после — формирование целостной картины.

В результате человек получает не просто описание своего состояния, а понимание:

• своей структуры личности;

• базовых стратегий;

• защитных механизмов;

• и того, как он принимает решения.

Фактически это дает маршрут. Человек начинает видеть не только «что со мной происходит», но и «как я живу и почему оказываюсь именно в этих точках».

И в этом ключевое отличие: это не замена работы, а способ начать ее осознанно — не через долгий поиск, а через понимание себя.

Кристина Ефимова. Фото из личного архива.

Насколько верно утверждение: «Дело просто не в том специалисте или методе»?

Это частично правда, но слишком упрощенная. Работа с собой — это всегда совпадение нескольких факторов, и свести все к одному — значит не видеть всей картины.

Я опираюсь на биопсихосоциальную модель: результат появляется тогда, когда совпадают сразу несколько условий — метод, специалист, уровень диагностики, готовность человека и его реальный запрос.

Иногда человек действительно попадает «не к тому» специалисту. Иногда — выбирает не тот подход. Но бывает и так, что сам запрос не прояснен или человек формально хочет изменений, но не включается в процесс.

Я, например, не считаю правильным продолжать работу, если не вижу перспективы. В таких случаях я могу предложить паузу, другого специалиста или пересмотр самого запроса.

Потому что это не универсальный инструмент, который работает при любых условиях.

Более точная формулировка звучит так: результат не появляется не потому, что подход неэффективен, а потому что в конкретной ситуации не совпали условия, при которых он может быть эффективным.

Вы часто говорите о внутреннем контракте «Я должен быть лучшим, чтобы иметь право быть». Насколько это распространенный сценарий?

Это довольно распространенный сценарий, но важно не упрощать его до одной формулы.

За ним могут стоять разные механизмы. У одних — это попытка компенсировать нехватку принятия в детстве: «Если я буду идеальным, меня наконец увидят и полюбят». У других — более жесткая логика сравнения: «Если я не лучше — значит, хуже».

В обоих случаях право на существование начинает зависеть от результата.

И здесь важно удерживать баланс. С одной стороны, жизнь с таким контрактом создает постоянное напряжение и уязвимость. С другой — полный отказ от требований к себе тоже не является решением.

Задача не в том, чтобы «перестать хотеть большего», а в том, чтобы перестать связывать свою ценность с достижениями. Оставить движение, амбиции, развитие — но добавить к этому внутреннюю опору.

Кристина Ефимова. Фото из личного архива.

Почему люди с таким сценарием часто внешне успешны, но внутренне нестабильны?

Потому что их устойчивость держится не на внутренней опоре, а на результате.

Когда человек живет с внутренним контрактом «Я должен быть лучшим, чтобы иметь право быть», его самооценка становится условной. Она формируется через постоянное соотнесение себя с результатом — достижениями, статусом, признанием.

Как правило, у таких людей хорошо развиты когнитивные и волевые функции: они умеют принимать решения, выдерживать нагрузку, двигаться в высоком темпе и достигать целей.

При этом контакт с собственными переживаниями — особенно с уязвимостью — часто ограничен или вытеснен.

В результате возникает разрыв: снаружи — эффективность, движение, результат, внутри — нестабильность, тревога, отсутствие внутренней опоры.

При этом важно понимать, что это не «ошибка», а адаптационная стратегия.

Но если дальше не происходит расширения контакта с собой и формирования внутренней опоры, человек остается зависимым от внешних условий.

И тогда любая нестабильность во внешнем мире автоматически становится внутренней нестабильностью.

Как работать с людьми, для которых уязвимость — это слабость и риск?

С такими людьми нельзя идти напрямую в уязвимость. Для них это действительно риск — и часто он основан на реальном опыте.

Поэтому работа начинается не с чувств, а с выстраивания структуры и доверия. Через ясность, логику, понимание того, как человек мыслит и принимает решения.

Это, как правило, сильные, функциональные люди, и, если пытаться «раскрыть» их сразу, защита только усилится.

И только когда появляется ощущение безопасности, постепенно становится возможен контакт с эмоциями. Не через давление, а через отношения.

Задача здесь не в том, чтобы «сделать человека уязвимым», а в том, чтобы расширить его доступ к себе, сохранив его сильные стороны.

Кристина Ефимова. Фото из личного архива.

Напоследок: с чего начать человеку, который уже разочаровался, но хочет все-таки разобраться в себе?

Первое — не спешить снова идти в новый процесс. Важно остановиться и разобраться, что именно не сработало в прошлом опыте: был ли понятный запрос, была ли диагностика, совпал ли специалист, возник ли контакт.

Очень часто разочарование связано не с тем, что подход не работает, а с тем, что не совпали ключевые условия.

Дальше важно убрать идею «со мной что-то не так». Проблема может быть в подходе, уровне диагностики или несовпадении со специалистом.

И следующий шаг — идти более осознанно. Например, начать с диагностики, чтобы понять, как вы устроены и какой формат помощи вам действительно подходит.

Тогда процесс перестает быть случайным поиском — и становится точным, выстроенным.

---

Telegram: efimova_psydoc

Реклама: ИП Ефимова К.С. ОГРНИП: 326774600027612. Erid: CQH36pWzJqEJ6Fbt7dtQN8rtH7ME4c487FdEP8ok9kW8ie.