Ольга Афанасенко:

Возраст — это только цифра. Но давайте честно: когда утром в зеркале вместо привычного отражения вдруг находится новая морщинка на лбу, внутренний голос редко шепчет о мудрости. Обычно он паникует: «Когда это случилось?»

Глянцевые обложки десятилетиями учили нас бороться: с морщинами — кремом, с сединой — краской, с возрастом — фитнесом и ботоксом. Но в последние время все чаще звучит другой запрос: а что, если не бороться, а договариваться? Как меняется оптика, когда ты перестаешь делить жизнь на до и после? И главное — как прийти к состоянию, когда цифра в паспорте перестает иметь значение, а отражение в зеркале начинает вызывать искреннюю симпатию?

Об этом — наш разговор со специалистом, который знает: полюбить себя в любом возрасте — это не марафон с финишной чертой, а ежедневная практика снятия розовых очков и надевания тех, через которые видна правда. И она, как ни странно, бывает прекрасна.

Ольга Афанасенко:

• клинический психолог в государственном учреждении психоневрологического профиля ГУ «МГСП Вяча», г. Минск;

• семейный психолог (терапия отношений, консультации пар);

• кризисный психолог.

Ольга Афанасенко — специалист в методах транзактного и юнгианского анализа. Член Санкт-Петербургской ассоциации транзактного анализа, Европейской ассоциации транзактного анализа EAТА.

Ольга Афанасенко. Фото из личного архива.

Ольга, с профессиональной точки зрения фраза «возраст — это только цифра» — здоровая психологическая установка или опасное отрицание реальности (защитный механизм)? Где проходит грань между «молод душой» и инфантильностью?

Установку «возраст — просто цифра» можно считать амбивалентной. Ее смысл зависит и от контекста, в котором она используется, и от психологического состояния человека. Человек произносит слова — включается защитный механизм отрицания. Он срабатывает, когда возрастные изменения физического тела и социальной роли вызывают сильную тревогу. Здоровая реакция проявляется в гибкости мышления и отсутствии внутреннего конфликта, ведь зрелая личность не использует возраст как маркер ограничений. Локус контроля направлен внутрь, и человек берет ответственность на себя за то, что происходит вокруг.

Ольга Афанасенко: «Когда человек отрицает свой возраст, он тратит много ресурсов на поддержание иллюзии вечной молодости. Это может привести к ненависти к своему телу, жизни и природе. Реальный возраст вызывает у такого человека ярость или желание обратиться к пластическим хирургам, что может привести к истощению и депрессии».

С точки зрения психосоматики биологический возраст и субъективные ощущения находятся в гармонии. Человек должен принимать свое тело и осознавать позицию в обществе в каждый момент жизни. Если психологический возраст человека застрял на 25 годах, а биологический требует перестройки, это может вызвать экзистенциальный кризис.

В коллективе, на работе все ждут от человека в возрасте правильности поступков и слов, поведения в соответствии с социальными нормами.

Спонтанность, право на ошибку и смелость, способность выйти за рамки шаблонного мышления приписывают исключительно молодым. Человек, не признавший своего нового возрастного статуса, пытается выглядеть как юное создание. Люди в 50–60 лет используют молодежный сленг, ведут себя несерьезно и пытаются знакомиться и проводить время в компании молодежи. Они не создали семью, не прошли путь взросления, не могут быть опорой для своих детей и потеряли себя, решив, что любить себя — значит оставаться в плену подростковых желаний. У них не получилось избавиться от страха увядания, но получилось попасть в ловушку одиночества.

Честность к своему возрасту требует смелости посмотреть в зеркало и разрешить себе быть уставшим и мудрым, ставить границы и плакать над фильмами. Принять все отвергнутые части, снять маску, увидеть себя настоящего — и так почувствовать опору. Отрицание же реальности хрупко и может разрушиться при первой серьезной неудаче.

Как считаете, почему в современном обществе (особенно в соцсетях) сформировался культ «молодости любой ценой»? С чем может быть связана эта коллективная тревога перед старением?

Культ молодости, на мой взгляд, возник на стыке экономических, технологических изменений и глубоких экзистенциальных установок. Это коллективная защита от столкновения с реальностью.

Я бы выделила несколько ключевых факторов, которые способствовали его формированию. Мы живем в эпоху позднего капитализма, где тело стало основным капиталом. В отличие от индустриальной эпохи, теперь ценность человека определяется его потенциалом, креативностью и гибкостью. Эти качества ассоциируются с молодостью, адаптивностью и гибкостью, в то время как старость воспринимается как закостенелость и выпадение из экономической цепочки.

Это приводит к феномену постоянной гонки за молодостью. Человек перестает существовать в настоящем и постоянно инвестирует в свое будущее. Старение становится синонимом утраты социальной значимости и денег. Этот страх активирует древний архаический страх изгнания из племени, который когда-то мог привести к смерти.

Современная культура продлила период взросления до 35 лет, но требует от людей старше 50 вести себя как 20-летние либо покинуть сцену жизни, что вызывает кризис идентичности среднего возраста. В обществе нет ритуалов перехода и уважения к разным возрастам, что порождает страх выпасть из игры.

Гонка за молодостью подкрепляется социальными сетями. Лайки и комментарии становятся нарциссическим подкреплением успешности и нужности. Культ молодости отрицает базовый экзистенциальный факт смерти, и чем моложе человек выглядит, тем дольше он остается в игре.

Классическая культура выстраивала мостики между жизнью и смертью через религию, искусство и передачу исторического и культурного наследия. Это позволяло людям интегрировать идею смертности в свою жизнь. Однако современный мир предлагает отрицать увядание и фокусироваться на внешней оболочке. Морщины воспринимаются как крах базовой идентичности и нарциссическая травма.

Пластика и цифровые технологии — это попытки устранить экзистенциальную тревогу несоответствия физического тела внешним требованиям миру. Социальные сети создают эффект постоянного зрителя, расщепляя наше «я» на реальное и цифровое. Мы перестаем воспринимать свое тело и видим только его оптическое изображение.

Этот культ токсичен не потому, что старость плоха, а потому, что он не предлагает другого пути. Он предлагает только один путь — быть молодым вечно, не показывая, что дальше приходит зрелость и старость.

Ольга Афанасенко. Фото из личного архива.

Для многих людей первые морщины или седина становятся не просто эстетическим изменением, а настоящей психологической травмой. Что на самом деле стоит за страхом перед ними (страх потери социальной значимости, страх одиночества и даже смерти) и как справиться с этой проблемой?

В психоанализе страх морщин и старения связан с осознанием нашей ограниченности. Морщины — это видимое и необратимое свидетельство того, что наше тело живет по своим законам, а не по нашим желаниям или общественным нормам. В современном мире, где самосовершенствование и контроль над жизнью возведены в культ, любая неподвластная проявлению воли вещь воспринимается как провал.

Сегодня мы верим, что можем достичь вечной молодости через манипуляции и метафизику, но жизнь неизбежно ведет к смерти, и морщины — это первая трещина в иллюзии тотального контроля.

В социальных сетях нарциссическая уязвимость проявляется особенно ярко. Если я перестаю соответствовать ожиданиям, меня перестают замечать, я теряю свою ценность и становлюсь «никем». Эта глубинная травма, связанная со страхом социальной невидимости, ведет к неизбежному столкновению с собственной смертью. Мы боимся необратимости времени и неизбежного финала, к которому нужно быть готовым, и страх смерти бессознательно ищет обходные пути для безопасной проявленности. В племенах, сохранивших свои архетипические корни, значимость страха смерти снижается через ритуалы и обереги.

Для женщин страх морщин особенно страшен, потому что их тело исторически находилось под жестким гнетом культуры и пристальным вниманием мужчин. Функциональность женщины в обществе зависела от ее привлекательности, что определяло ее успех, богатство и благосостояние.

За страхом морщин прячется утрата ценности женщины в патриархальной системе координат, страх потерять профессиональные возможности, хорошую зарплату, партнера, право на сексуальность. На бессознательном уровне старение означает окончательное отождествление с теми, от кого мы бессознательно отдалялись, — матерью или отцом.

Работа со страхом морщин — это ощущение ценности каждого прожитого дня на уровне глубинных вещей и сепарация от навязанных культурных норм, принятие конечности жизни, возвращение себе права на существование в потоке вертикальности времени.

Ольга, что значит коллективная тревога и чем она опасна?

Коллективный страх старения — это не просто личный ужас, а симптом культурного сдвига. Исчезли защитные механизмы, обрамленные ритуалами передачи наследия, которые помогали нам проходить возрастные этапы с достоинством. Теперь мы боимся старости и не принимаем ее как естественный этап завершения жизни.

Человек знает о своей смерти, но не умеет с этим жить, остается наедине со своим телом и отрицает конечность жизни, отодвигает этот момент. Старость перестала быть стадией жизни, она превратилась в провал, который нужно скрывать от общества.

Коллективная тревога — это подавленный ужас перед неотвратимостью старости и страх быть вытесненным из социальной жизни. На уровне общественного сознания происходит обесценивание возраста. Социальные сети и скорость реакции ценятся выше глубины мысли. Люди боятся не столько физической немощи, сколько социальной изоляции, боятся, что их перестанут видеть и считаться. Это и есть смерть.

Общество перестает транслировать образы успешных стареющих людей. Социальные сети создают нарциссическую уязвимость, когда мы оцениваем себя через взгляд тысяч других людей. Присутствие в соцсетях основано на визуале, а не на содержании. Мы смотрим на себя глазами алгоритма, который любит гладкое, симметричное и молодое.

Тревога становится тотальной. Произошел слом межпоколенческого контакта. Жизнь со стариками перестала быть привычной, и опыта взаимодействия со старостью у молодых нет. Старость пугает неизвестностью, молодые люди не видят, что там есть, чувствуют угрозу, и страх заполняет горизонт.

Что можно сделать? Вернуть личную и семейную историю. Не стремиться вечно оставаться молодым с помощью пластики и подтяжек, а стать опорой семьи и центром своего рода, реинтегрировав возраст как ценность, отрастить крылья для полета и повести за собой.

Ольга Афанасенко. Фото из личного архива.

Как меняется самоощущение человека, когда внутренний возраст («я чувствую себя на 25») перестает совпадать с внешним («я вижу в зеркале возраст родителя»)?

Человек смотрит в зеркало и видит истинный возраст, но внутри ощущает себя моложе. Это кризис идентичности, который, если не осознать, может разрушить карьеру, физическое здоровье и личную жизнь, ибо напрямую влияет на самоощущение и проявление в обществе.

Почему внутренний возраст «застревает» у успешных людей? В бизнесе и публичной сфере есть негласное правило: сотрудники должны быть быстрыми, гибкими и энергичными. Поэтому возраст до 35 лет считается оптимальным. Это точка наибольшего взлета, после которой начинается падение. Включается стратегия избегания — человек игнорирует уходящее время, но время не игнорирует нас и неумолимо продолжает свой ход.

Человек подходит к зеркалу и испытывает крушение иллюзии своей вневременности. Здесь работают два мощных бессознательных процесса:

• Сепарационная тревога. Если отношения с родителями были сложными, вид в зеркале может вызвать страх стать похожим на них.

• Ломка нарциссической защиты. Успешный человек привык управлять реальностью, но тело демонстрирует свою автономию. Это воспринимается как предательство природы и судьбы.

Человек начинает существовать в двух реальностях: виртуальное «я» — амбициозное, с горизонтом планирования на 10 лет. И физическое «я» — напоминающее, что энергия не восстанавливается мгновенно, а тело требует другого обращения. Возникает тревога без конкретного объекта.

Попытки закрыть разрыв между внутренним и внешним «я» часто импульсивны: смена имиджа, экстремальные увлечения, неоправданные хирургические вмешательства, смена партнера на более молодого. Это не приносит дивидендов, а только усиливает тревогу и потерю удовольствия от достижений.

Как интегрировать внутреннее и внешнее «я»? Невозможно вернуть двадцатипятилетнее отражение в зеркале, но можно помочь соединить их в единый целостный нарратив. Для этого нужно перестать враждовать с зеркалом и принять реальность.

Почему я выгляжу как родитель? Что я вижу в этом лице, кроме родительских черт? Уникальные черты, свою личную историю. Нужно присвоить вертикаль времени и уйти от горизонтального существования. Каждый этап жизни имеет ценность, и чем выше забирается, тем более зрелым и опытным становится человек. Это приглашение к взрослению второго порядка и отделение от иллюзии своей бесконечности.

Часто можно услышать совет: «Нужно просто принять себя». Но как это сделать практически, если отражение в зеркале вызывает отвращение или тоску? Какие первые шаги нужно сделать человеку, который застрял в войне со своим возрастом?

Отвращение — сложная эмоция, которая помогает защищаться от угроз. Связана с биологическими проявлениями и вызывает неприятные физические ощущения. Это естественная реакция на что-то чужеродное и опасное.

Почему мы испытываем отвращение? Одна из причин — страх перед смертью. Боимся увядания и старения, потому что это ассоциируется с концом жизни. Хотим быть молодыми и красивыми, но реальность такова, что со временем наше тело меняется. Это вызывает чувство дискомфорта и внутренний конфликт.

Особенно остро это проявляется, когда дети взрослеют. Мы видим, как они расцветают, а наше тело начинает увядать. Усиливает конфликт культ молодости в обществе. Предрассудок, что старость — плохой кейс, вызывает чувство неполноценности и непринятия себя, стремление избежать этого любой ценой. Но все люди стареют и умирают.

Нужно научиться принимать неизбежное и так справляться с отвращением. Осознавать, что старение — часть жизни, и каждый рано или поздно столкнется с этим. Наша жизнь — как прекрасный цветок. Ценность цветка в том, что он просто есть.

Ольга Афанасенко. Фото из личного архива.

В каждом возрастном периоде человек решает основные психологические задачи. Осознание каких задач помогает перестать гнаться за уходящей молодостью и обрести опору в настоящем?

Философы размышляют о природе вещей. Каковы вещи? Это наша повседневная жизнь, мода, одежда, внешность, эстетика тела и окружающего мира. Радость от обладания вещами, будь то машина, телефон или что-то другое, приносящее удовольствие, обычно недолговечна.

Вещи имеют смысл своего бытия в том, что мы существуем в моменте «здесь и сейчас» и получаем удовольствие от солнца, созерцания природы, запаха воздуха.

Старик, сидящий у моря, счастлив, наблюдая за течением времени в этом бесконечном движении волн. Осознание себя частью процесса помогает найти опору в настоящем моменте и ощущать себя живым и целостным.

Что делать с внутренним критиком, который использует возраст как главный аргумент для обесценивания («В твои годы уже поздно...», «Кому ты нужен такой...» и т. д.)?

Внутренний критик, вооруженный опытом, может быть жестоким. Его аргумент — время неумолимо. Но проблема не в возрасте, а в том, что критик воспринимает его как поражение. Его невозможно игнорировать, но можно снизить его влияние и вернуть себе голос.

Для этого нужно отделить голос критика от собственного «я». Перестаньте отождествлять себя с ним. Пока вы говорите «Я ненавижу себя за эти морщины», вы в его власти. Но стоит сказать «Разве я должна себя ненавидеть?» — становитесь наблюдателем.

Можно дать критику высказаться. Например: «Ты уже старая, никому не нужна». Услышав это, спросите: «Кто это мне говорит?» Представьте кого-то, кого вы не любите. Это действие разорвет слияние и вернет вам право решать, верить этому голосу или нет.

У критика есть и позитивное намерение. Часто за критикой скрывается попытка защитить себя от отвержения обществом. Если вы будете ругать себя за возраст, вы успеете справиться с этим до того, как это сделают другие. Это защитит вас от разочарования.

Понимая, что критик приносит пользу, перестаньте с ним воевать. Скажите: «Я знаю, ты хочешь защитить меня от боли, но твои методы больше не работают. Я сам о себе позабочусь». Лишите критика экспертности, ведь его логика ложная.

Общество считает, что старый равно обесцененный, но это миф. Когда критик использует этот аргумент, задайте три вопроса: это факт или мнение? кому это выгодно? есть ли люди, которые опровергают это? Обычно такие примеры есть.

Сместите критерии оценки. Критик использует одну метрику — соответствие молодости. Введите свои альтернативные метрики: голос опыта, отношений, свободы.

Еще одно упражнение: замените избегание действия на действие вопреки. Например, сделайте то, что вам запрещено по возрасту, как эксперимент. Это может быть любое действие: сходите туда, куда вам уже поздно, наденьте то, что вам не следует. Сделайте это не ради доказательства, а ради опыта в удовольствие.

В 99% случаев ничего страшного не случится. Опыт покажет, что все возможно. Критик был неправ. Это ваша жизнь. Самое главное — разрешите себе определять, что значит «достаточно хорошо», в любом возрасте. Когда это определено, критик превращается из тирана в комментатора, которого можно поблагодарить и продолжать жить.

Ольга Афанасенко: «Критик — это не союзник, а интернализированный агент культуры, который выигрывает от вашей неуверенности. Задача — лишить его монополии на голос».

Ольга Афанасенко. Фото из личного архива.

Ольга, в завершение нашего такого насыщенного полезной к размышлению информацией интервью хотелось бы от Вас получить совет: что предпринять человеку, который сейчас сидит перед зеркалом, рассматривает морщины и чувствует, что «жизнь прошла»? Какие простые действия он может сделать прямо сейчас, чтобы вернуть себе радость?

Моя работа связана с тем, что каждый день сталкиваюсь со страхом смерти, увяданием и его последствиями этого.

Простой способ избавиться от этого страха. Возьмите альбом с фотографиями и начните листать с самого начала. Это поможет осознать смысл существования и течение времени. Посмотрите на ребенка, потом на девочку, девушку, молодую и совсем взрослую женщину. Увидите свою жизнь, поймете, сколько сделали и прожили. Альбом — наша опора. Он показывает нас разными: с разными эмоциями, восприятием, желаниями и поступками. Ребенок видит мир иначе, чем взрослая девочка или женщина. Мы меняемся, у нас появляются новые смыслы и цели.

Человек приходит в мир с неизбежностью однажды покинуть его.

Старость есть приближение к главной тайне бытия. В молодости жизнь наполнена обещаниями будущего. Фотографии — это свидетели вашего пути, а взгляд в зеркало — истинный разговор с собой. Осознание возраста — та самая мудрость, что превращает существование в жизнь и делает нас по-настоящему ответственными хранителями собственной судьбы.